В небольших сёлах, подобных нашему Судосеву, жизнь течёт своим чередом: размеренно спокойно, порой даже неспешно. Здесь каждый знает соседа, а новости разносятся быстро. Но именно в такой тишине особенно важно не забывать о том, что происходило на этой земле десятилетия назад.
Культорганизатор сельского клуба Л.И. Чудайкина и библиотекарь Н.В. Ширшова–люди, для которых работа–скорее призвание. Они знают: сельский клуб–это не просто здания, это центры притяжения, где будни можно наполнить смыслом. Стараясь разнообразить жизнь односельчан, Любовь Ивановна и Надежда Васильевна регулярно готовят встречи, которые заставляют задуматься, вспомнить, почувствовать. Недавнее мероприятие, организованное ими, вышло за рамки обычного досуга. Оно было посвящено одной из самых непростых и трагических страниц истории села–репрессиям 20-30-х годов прошлого века. Тема эта тяжелая, требующая деликатности и глубокого уважения к памяти предков. Главным источником информации выступила педагог со стажем, долгое время работавшая в Судосевской школе,– Н.А. Фатькина. У Надежды Алексеевны имеется большой материал по теме раскулачивания 1920-1930-х годов. Она вместе со своими учениками в своё время провела исследовательскую работу «Раскрестьянивание деревень», были собраны архивные данные. Н.А. Фатькина охотно поделилась своими наработками с участниками мероприятия. Ольга Владимировна Куманькина познакомила всех с документами, зачитала рассказы о судьбах земляков, чьи жизни были сломаны в те суровые годы, прекрасно читала стихи. Нина Николаевна Марьина, Любовь Васильевна Потапкина, Мария Степановна Громова рассказали о том, как раскулачивали семьи их бабушек и дедушек. Иван Михайлович Агапкин поведал известную ему информацию. В тишине сельского клуба звучали имена, истории семей, воспоминания, которые долгое время хранились лишь в семейных альбомах и памяти старожилов.
«Помнить эти трагические моменты очень важно,–делится с нами Надежда Алексеевна Фатькина.–История нашего села–это не только праздники и трудовые будни, но и испытания, через которые прошли наши деды и прадеды. Знать правду–значит уважать их память. А ёще замечательно, что мы имеем возможность вот так собираться вместе, общаться и делиться воспоминаниями».
Мероприятие получилось по-настоящему душевным и важным. После официальной части люди не спешили расходиться. За чашкой ароматного чая и угощениями, которые все радушно принесли с собой на встречу, участники делились своими историями, задавали вопросы, обсуждали услышанное.
История родного края–это фундамент, на котором мы стоим. И пока в Судосеве живут люди, готовые бережно хранить эту память, село будет жить не только сегодняшними днём, но и глубоким уважением к своему прошлому.

Историческая справка

В деревне происходили два взаимосвязанных насильственных процесса: создание колхозов и раскулачивание. Ликвидация кулацких хозяйств имела своей целью, прежде всего, обеспечение коллективным хозяйствам материальной базы. С конца 1929 г. до середины 1930 г. было раскулачено свыше 320 тысяч крестьянских хозяйств. Их имущество стоимостью более 175 миллионов рублей передано колхозам.
Ликвидация кулаков лишала деревню наиболее предприимчивых, наиболее независимых крестьян, подрывала дух сопротивления. Кроме того, судьба раскулаченных должна была послужить примером остальным, тем, кто не желал добровольно идти в колхоз. Кулаков выселяли семьями с грудными детьми и стариками. В холодных нетопленных вагонах, с минимальным количеством домашнего скарба, везли тысячи и тысячи людей в отдалённые районы Урала, Сибири, Казахстана. Наиболее активных «антисоветчиков» отправляли в концлагеря. Очень болезненно этот процесс происходил в селе Судосево.

Раскулачивание семьи Осиповых

Воспоминания со слов Анны Степановны Кудачихиной записала правнучка Осиповых Ирина Куманькина:
«Мои родители Степан Дмитриевич и Варвара Михайловна жили вместе с моим дедушкой Дмитрием Дементьевичем Осиповым. В то время у моих родителей был только один сын, мой старший брат, остальные дети родились после раскулачивания. В годы коллективизации их посчитали богатыми, то есть кулаками. Хозяйство у родителей действительно было крепкое: ветряная мельница (на двух хозяев), маслобойка, 4 коровы, две лошади, 8 овец и хороший, добротный пятистенный дом. Раскулачивали чужие люди, а вместе с ними были и бедняки из нашего села И.Ф. Крайнов, А.И. Куманькин, А.С. Дрыгин, И.П. Крайнов и другие. Когда мои родители узнали, что их будут раскулачивать, то дед сразу же «ударился в бега». Отцу тоже односельчане советовали бежать, но он не захотел, решил, пусть что будет. Накануне раскулачивания такие вещи как пальто, шубы, платья они постелили под коров, чтобы они никому не достались, а потом они надеялись их отстирать и носить. Когда пришли их раскулачивать, отец очень испугался и спрятался в конюшне на полке под потолком. Его долго искали, а когда зашли в конюшню и стали обыскивать, один из них подпрыгнул и увидел отца, но ничего не сказал, а потом, очевидно, в нём закипела ненависть, он подпрыгнул во второй раз и закричал: «Вот он!». Отца стащили за ноги, привязали верёвкой к лошадям, сами сели верхом и поехали, а отец шёл за ними пешком. Его вели через село Пермиси лесом по дороге на Саранск. В Саранске его посадили в тюрьму, где он провёл много времени до суда. Судили его на вокзале как и многих других. На допросе его спрашивали, какое у него было хозяйство, а он отвечал, что не было у него никакого хозяйства, что он работал пастухом. Но ему не верили и сильно били. Потом посадили в вагон-бункер. В нём не было никаких окон кроме одной форточки, к которой устремились все раскулаченные, чтобы попрощаться с родными. Отец тоже пробирался к форточке и увидел, как на перроне кавалеристы с шашками разгоняли людей. Отец увидел знакомого кавалериста С.Г. Поверинова и несколько раз позвал его по имени. Семён Герасимович оглянулся и спросил у отца, как он здесь оказался. Отец все рассказал. Поверинов сказал, что скоро за ним придут, и посоветовал папе говорить на допросе, что он был подпаском у Семёна Герасимовича. Отец не поверил, ведь поезд должен был вот-вот тронуться. Но дверь вагона открылась и его за шиворот вытащили на вокзал, и опять устроили допрос. Били очень сильно так, что отец катался от боли по полу. После избиений его «трюкали» на стул и начинали допрашивать, а отец говорил, как научил его Семён, что пас у него коров и выполнял разную работу. После этого отца всё же отпустили, он вернулся домой в Судосево к жене и сыну. Когда он приехал домой, то увидел, что всё у них отобрали, а жена с сыном поселились в очень ветхой лачужке. Колхоз не дал им ни клочка земли, и жить им было очень трудно. Потом родились другие дети. Трудностей в семье было много. Но матери всё же удалось выкормить всех детей. Помню, как нам приходилось ходить по соседним сёлам собирать милостыню».

Раскулачивание
семьи Ситкиных
В июне 1931 года в селе Судосево была раскулачена семья Сергея Максимовича и Прасковьи Никитичны Ситкиных. Их семью власти отнесли ко 2 категории. Конфисковали всё: землю, скот, хозяйственные постройки, личное имущество, продукты питания, отбирались и денежные накопления. Местом ссылки семьи Ситкиных был Казахстан, область Окмала, Вишневский район, село Красное озеро, куда они должны были быть переселены с политическим клеймом спецпереселенцев. А в семье было 18 детей. Старший сын был женат и тоже раскулачен в одно время с родителями. Старшая дочь была замужем и её не тронули. У дочери Анисии был в Судосеве возлюбленный, который приехал за ней на железнодорожную станцию в Саранск за несколько часов до отправления поезда. Так и вернулась Анисия (19 лет) в родное село и вышла замуж за Ситкина Петра Семёновича, который позднее стал героем Великой Отечественной войны, а остальные члены семьи вскоре были высажены в степях Казахстана под открытое небо. Мочили их дожди, засыпало пылью. Умирать когда-нибудь всем нужно, но не голодной же смертью. И они крестьяне-труженники и их дети, закаленные на стуже и жаре, без всякого приюта питались травой, хлеба им не выдавали, а заработать негде было, они оказались отрезанными от мира, пухлые от голода. Чтобы выжить, стали строить землянки–приближались холода. Но постепенно, год за годом осваивались на новом месте, обзаводились хозяйством. А в их собственном доме в селе Судосево поселился председатель сельского совета А.И. Куманькин.
Раскулачивание
семьи Райковых
У Райковых Михаила Егоровича и Афимии было 4 сына– Семён, Павел, Николай, Григорий и одна дочь Дарья. Все сыновья в 1930-е годы были уже женаты, имели свои семьи, в каждой семье было по 5-7 человек, всего семья Райковых насчитывала около 40 человек. Когда приходило время обеда, то ели по очереди–вначале мужчины, потом женщины и дети. Пред раскулачиванием Павел и Николай умерли, а Григорий испугался раскулачивания и убежал в Ташкент. В семье сына Семёна было 7 детей. Хозяйство было крепкое: большой пятистенный дом, 2 коровы, 2 лошади, овцы, куры. Было также две мельницы, причём одна только что достроенная, на ней даже ни разу не смололи зерна. Раскулачивать пришли свои сельские бедняки. Их называли активистами. Среди них были И.П. Крайнов, И.Ф. Крайнов, С. Кандрин. Они приехали на лошадях с рыдванами, стали всё отбирать и рушить. Собирали в мешки одежду хорошую и плохую, тулупы–всё, что попадалось под руку. Прямо на глазах уводили скотину, кур ловили и тут же во дворе рубили им головы, ощипывали и жарили на огне. Пили много самогона и посмеивались над хозяевами: так мол им и надо. Сестра Семёна Дарья была глухонемая. У неё было немного денег в узелке, и она решила их спрятать на навозной куче. Выкопала ямку и положила узелок под камень. А всё это видел один их активистов, и как только она ушла, он тут же взял эти деньги себе. Одну корову взял себе председатель сельского Совета А.И. Куманькин. Дом увезли в Березники, он и сейчас стоит там, где старая аптека. Старую мельницу увезли в Гузынцы, а новую–в колхоз «Луч» недалеко от села. Стариков оставили в Судосеве. Пришлось им жить в конюшне, где раньше жили овцы. А всех остальных выселили в кулацкий посёлок недалеко от Пермисей. Двое дочек Семёна, Нюра и Поля, убежали и несколько дней скрывались в Судосеве. Прятались в банях, нежилых домах, побирались. Родные их к себе не брали, потому что боялись, что и за это накажут. Но вскоре их поймали и отправили к родителям. Жить пришлось в одной избе сразу трём семьям. Вместе с Райковыми кров делили ещё две семьи из Сабаева. Из всей семьи Райковых на «торфу» работала только мать, а дети тоже приходили с матерью и ждали, когда поедят рабочие, чтобы потом собирать объедки. Бывало, что детям наливали жиденького супа. Отец Семён сильно заболел, но в больницу его не брали, потому что он кулак. И тогда его один знакомый взял в город и специально бросил его на асфальт, чтобы его подобрали и отвезли в больницу. В больнице ему сделали операцию–удалили камень из почек. Вскоре семью Райковых из Пермисей переселили в родное село, однако землю не дали. Есть было нечего, поэтому они побирались, а в доме был больной отец. Ходили собирать ореховые серёжки, которые сперва кипятили, потом сушили, делали из них муку и пекли лепёшки. Лепёшки были очень противные на вкус, но это была единственно доступная еда. Как только сходил снег с полей по весне, бедняги собирали картошку, из которой тоже пекли лепёшки.

История
Столыпиных
Михаил Леонидович Столыпин родился в 1906 году в селе Судосево в семье государственного служащего по местному вопросу. Он окончил церковно-приходскую школу. У Михаила было два брата, Алексей и Александр, и старшая сестра Пелагея. Хозяйство было крепкое: 2 лошади, 3 коровы, свиньи, утки, своя пасека и три дома. Вскоре братья уехали, а сестра вышла замуж, так всё хозяйство досталось Михаилу. В 1924 году он женился на Наталье Ивановне Серовой, которая с 8 лет воспитывалась у дальних родственников. У Михаила и Натальи родились дочь Полина и сыновья Александр, Василий и Николай. В 1934 году семью Столыпиных тоже раскулачили и сослали в Казахстан. В Казахстане их привезли в поле и бросили там. Мужчины работали на строительстве дороги. Жили в землянках, двери в землянку делали из прутьев. В таком жилище было сыро и холодно, так как оно не отапливалось. Воды питьевой не было, пили из болота. На всю семью выделяли 1 кг. гороха на неделю. Всего таких же мытарей, как Столыпины, было в степи около 40 тысяч. А в это время в селе Судосево Михаил Леонидович добивается разрешения у властей вернуть внуков в Судосево. Наконец, такое разрешение получено, на мальчика. А в Казахстане в это время свирепствовал тиф и все 3 сына Столыпиных умерли от тифа. Тогда Михаил Леонидович с супругой переодевают свою дочку в мальчика и отправляют в Судосево. Может быть, благодаря этому ей удалось выжить. Родители же ещё год пробыли в Казахстане, а потом вернулись в Судосево, шли пешком. По возвращении в Судосево они увидели, что дом, амбар и конюшню разобрали и увезли в колхоз. Прожив некоторое время в Судосеве, Столыпин уехал в Москву на заработки, но там он пробыл недолго. В 1938 году родилась дочь Нина. В 1940 году родился сын Николай, в 1952 году умер от менингита. После образования колхоза «День урожая» Столыпины вернулись в него. В колхозе он работал пчеловодом. Как-то к нему пришли трое знакомых и попросили мёда, а он им отказал, т.к. мёда в это время ещё не было. Один из попросивших заявил: «За колхозный мёд поплатишься головой». И вскоре поступил донос в том, что якобы М.Л. Столыпин ругал Сталина и его политику, и что он состоит в троцкистском блоке. В 1941 году 30 июня его арестовали и увезли по доносу в Саранск. Там его судили и через трое суток расстреляли. Никто не знает, где он похоронен. В 1953 году его реабилитировали.

Рассказ Заколичневой Марии Алексеевны
«Когда я была совсем ещё маленькой девчонкой, мы жили у тётки, Потапкиной Елены Кузьминичны. Она была замужем за активистом Крайновым Иваном Факеичем. Елена Кузьминична помогала в церкви, а это тогда не приветствовалось. Как-то у них с мужем произошёл скандал, и он заявил, что её посадит. Он её оболгал, что она хотела его отравить. Её действительно посадили на 10 лет (работала в тайге). Когда она вернулась, сильно болела. И через 2 года умерла».
История
Ф.Ф. Фирстовой
В книге «Память» есть имя репрессированной Федосьи Филипповны Фирстовой 1893 г.р. Эта женщина со своими родственниками поехали однажды в Москву. Там у неё в американском посольстве работали то ли тётка, то ли дальняя родственница.
Работала она на кухне или нет, точно неизвестно. Когда они приехали в Москву, то зашли в гости к Федосии Филиповне на работу. Время приближалось к обеду. Перед уездом они взяли с собой хлеб, который на- половину с лебедой, как обычно пекли в деревнях. Этот хлеб увидел один из работающих в посольстве. Через несколько дней об этом хлебе узнал весь мир по радио «Голос Америки». Спустя несколько дней эту женщину «нашли» и приговорили к 10 годам лишения свободы.

Из воспоминаний
Телятниковой
Пелагеи Борисовны:
«В колхозе «День Урожая», который был образован в Кривозерье (разговорное название улица в селе), мне пришлось работать дояркой. Мне было всего 12 лет. Была маленькой и щупленькой. До этого работала взрослая женщина. Ей платили 16 кг. муки, но оплату снизили до 8 кг. муки в месяц, и она работать отказалась. Работала 2 года. Корм скотине давать не доставала, и конюх сделал скамеечку. Корм возила с поля, но запрягать лошадь не доставала–помогали взрослые мужики. Было у меня 10 коров дойных, два быка-производителя, два быка ездовых и еще 2 телки. Три раза в день носила молоко по два ведра на маслопром. На быках пахали землю и возили зерно в Чамзинку. Было 3 конюха: Рая Бабулина, Коля Шиков, Ваня Кузянов. Телят брали по домам на воспитание, чтобы не замёрзли. Зав.фермой был Ватин Михаил Иванович. Он же ухаживал за овцами. Овец было 50 голов. Однажды зимой залезли волки и много задрали овец.
Материалы предоставила
Н.А. ФАТЬКИНА.